На запрос журналистов о примерах неудачной оптимизации в медицине региональный минздрав ответил: «Таких примеров в Челябинской области нет». Однако глава региона Алексей Текслер с этим не согласен. Его мнение по этому поводу опубликовал «Вечерний Челябинск«:
— Что это? Чиновники не слышали мое обращение к депутатам Законодательного собрания 30 мая, в котором прямо сказано о необходимости остановить непродуманную оптимизацию медицинских учреждений в области? Или они не общаются с нашими жителями, не видят вала просьб и жалоб?
Но я-то встречаюсь с людьми! И в их глазах картина выглядит иначе. «Трудно стало попасть ко врачу-специалисту», «Больница давно требует ремонта», «В селе нет даже фельдшера», «Ездим с анализами за 30 километров»… Это не просто эмоции. За каждой — боль и без того страдающего человека. От нее невозможно закрыться.
«Оптимизация» — неправильное слово
Выскажу свое мнение, сначала просто человеческое. Можно успешно отчитываться о деньгах, койко-местах, человеко-часах. Но если люди не могут получить помощь, когда она им необходима, значит, система дает сбой.
И знаете, это не просто бытовое неудобство — под угрозой оказывается жизнь.
Признаем прямо: само слово «оптимизация» в медицине стало синонимом ухудшения, сокращения, недоступности лечения. А ведь традиционно врачеванию ближе совсем другие качества — сострадание, милосердие, забота.
А теперь скажу как должностное лицо, представляющее государство. Здесь я обязан мыслить рационально и принимать взвешенные решения. Ситуацию вижу так.
Первое. Никакая целесообразность не оправдывает ситуацию, сложившуюся в процессе оптимизации здравоохранения в регионе. Задуманная как инструмент сокращения лишних управленческих расходов, она привела к сокращению доступности медицинских услуг. А значит, не достигла своей главной цели, больше того — прямо ей противоречит. Повторяю, как и в мае: в нынешнем, непродуманном виде ее нужно остановить!
Второе. Доступность и качество медицины для каждого жителя Южного Урала — это не то, к чему мы должны стремиться в некоем светлом будущем, а главный критерий оценки всех принимаемых решений прямо сейчас.
Третье. В сфере здравоохранения последуют системные решения на перспективу. Но снять остроту проблемы нужно немедленно. Начал кадровое обновление социального блока в правительстве. Перед новой командой — новые срочные задачи.
Сначала — отдать долги!
Ставлю на «стоп» любые планы, приводящие к сокращению медицинских учреждений. Что урезали непродуманно — обязательно пересмотрим.
В ходе своих поездок по области я видел больницы, на которые без слез не взглянешь. Признаюсь, был шокирован, когда узнал, что утвержденные планы их ремонта или ввода в эксплуатацию фельдшерско-акушерских пунктов не исполнены. В 2018 году за счет областного бюджета должны были построить 30 ФАПов. А появилось только два. Это наглядный пример отношения чиновников к людям. Значит, восстановим жесткую исполнительскую дисциплину.
До конца текущего года поручил ввести в строй 24 таких пункта. Еще 100 будет построено до 2024 года. Там, где нельзя организовать стационарный пункт оказания медпомощи, появятся передвижные.
В текущем году завершим реконструкцию лечебного корпуса областного противотуберкулезного диспансера. Решение принято давно, но сроки исполнения сдвигались не раз. Хотя болезни не ждут.
Откроем для пациентов новую поликлинику в Металлургическом районе Челябинска.
Проведем ремонт детской городской больницы в Магнитогорске, она получит новое оснащение. Оснастим и больницу в Южноуральске.
После встречи с жителями поручил профинансировать ремонт районной больницы в Кунашаке.
Перечисленное — лишь часть долгов, которые отдаем срочно. Но в то же время нужны решения и на годы вперед.
Врач должен быть рядом
Очевидно, что сами по себе отремонтированные больницы с новым оборудованием больных не вылечат. Людям нужны квалифицированные и заботливые врачи, фельдшеры, медсестры. Не за тридевять земель, а рядом.
Внимательно проанализируем, почему нерезультативны программы «Земский доктор» и «Земский фельдшер». По ним молодой врач, приезжающий в отдаленное село, получает миллион рублей подъемных, а фельдшер — 500 тысяч. На практике эффект от программ невысок. Значит, такой мотивации недостаточно.
Дал поручение до 1 сентября разработать областную программу, по которой молодые специалисты и врачи дефицитных специальностей будут обеспечены жильем. Будем поощрять профессионалов так, как того требует время. Например, отработал пять лет в глубинке — имеешь право на получение квартиры в Челябинске.
От минздрава и Челябинской медицинской академии жду совместного детального планирования подготовки медиков для региона, с учетом динамики ситуации на рынке труда и потребности медучреждений в специалистах на многолетнюю перспективу.
Максимум через три года проблема с кадрами для медицины в Челябинской области должна быть снята.
Поддерживаю инициативу привозить пожилых сельчан на диспансеризацию в медицинские учреждения. Специально для этой цели будет закуплено 28 единиц комфортабельного автотранспорта. Кроме того, сами врачи будут выезжать в составе специальных бригад в отдаленные деревни.
В муниципалитетах области вводится модель «Бережливая поликлиника». Бережливая — по отношению к людям. Посетитель не должен терять время и нервы в очереди за талоном. А врача пора освободить от лишних бумаг — больше внимания пациенту!
Предъявляя к профессии медика высокие требования, мы не должны забывать, что врач — это тоже живой человек, а не просто белый халат. Он живет в том же мире, где есть инфляция, плата за услуги ЖКХ, ипотека. Недопустимо, чтобы в результате каких-то бухгалтерских манипуляций его зарплата сокращалась. Этот вопрос — на моем постоянном контроле.
От выживания — к долголетию
Южноуральцы имеют право на доступность здравоохранения, а реализовать это право могут не всегда. И часто страшнее самого недуга — ощущение беспомощности человека, которому требуется доктор, а до него не добраться. Хочу, чтобы это чувство навсегда ушло — вместе с «болезнями» медицинской отрасли. Такова задача-минимум.
Но есть у нас с вами и задача-максимум.
Средняя продолжительность жизни в Челябинской области сейчас — 71,6 года. Немногим больше, чем в Курганской, Оренбургской и Свердловской областях. Но почти на год меньше, чем в среднем по стране.
Это интегральный показатель, в нем отражается и экология, и уровень жизни, и безопасность среды, и, конечно, качество и доступность медицины. Итак, наша цель — не просто достичь общероссийского уровня продолжительности жизни, а выйти вперед. Но продолжительность жизни на Южном Урале должна расти вместе с ее качеством.
Это реально. И это достойный наших людей вызов для власти.
