Вопрос, касаемые состояния медицины, — один из самых острых. Он также прозвучал на пресс-конференции 28 августа.
Александр Донцов, Газета «Авангард» (Катав-Ивановский район): «Здравствуйте, Алексей Леонидович! Вы проехали по многим территориям, посмотрели на нашу медицину. Вот Ваше мнение – ее можно спасти, или уже проще как-то закопать и что-то новое придумать?»
Алексей Текслер:
— На самом деле это серьезный вопрос, и я понимаю, почему Катав-Ивановск его задает. Я видел городскую больницу после землетрясения, которая находится в неудовлетворительном состоянии. Принято решение о ее тотальной реконструкции, и мы это обязательно сделаем. В общем и целом, если посмотреть на проблематику медицины, в последние годы многое сделано на уровне высокотехнологичной медицинской помощи. Наши областные больницы, федеральные центры обладают достаточным оборудованием, компетентными специалистами. Даже были разговоры о том, что наши федеральные и областные центры будут такими фабриками по проведению операций. Но, знаете, лучше до операций не доводить.
Проблематика первичного звена здравоохранения сегодня, на мой взгляд, является ключевой. Я начал заниматься и говорить об этом еще в апреле, после посещения первых муниципалитетов. Неделю назад было совещание у президента с членами правительства на эту тему, и я вам по секрету скажу, мы, я лично с Ириной Альфредовной (Гехт), готовили справку по ситуации в первичном звене Челябинской области, и давали в Москву для анализа, и она тоже ложилась одним из кирпичиков в определении проблематики в целом для нашей страны.
Я уже говорил о том, что мы, безусловно, остановили оптимизацию. Сказал вслух, но этого недостаточно на самом деле. Вот вы из Катав-Ивановска, там рядом есть город Юрюзань. Жители Юрюзани обращались с вопросами о сокращении стационара и переводе этих коек в Катав-Ивановск. И вы знаете, мы столкнулись с тем, что после этого сокращения врачи уехали в другие районы, в Златоуст, в Челябинск. Когда с ними общались, спрашивали, почему они уехали, они сказали: нам без практики не интересно. То есть проблема не только связана с тем, что койки просто стали дальше от людей. Она и в том, что врачи потеряли мотивацию работать в конкретном районе, в конкретном городе. И это большая проблема. Задача не просто остановить оптимизацию, задача – вернуть там, где необходимо, койки, и мы будем это делать, в том числе в Юрюзани. Я уже дал поручение Ирине Альфредовне, и она эту работу уже начала. Мы будем восстанавливать первичное звено, для того чтобы на месте можно было оказать помощь. Эта работа будет организована по всей территории области.
Вы знаете, мы запустили программу по строительству новых ФАПов, это очередная важнейшая задача, которая перед нами стоит. У нас порядка 560 ФАПов, и из них около 100 не работают, потому что там нет фельдшеров. Часть зданий в таком состоянии, что там невозможно находиться, а для конкретного села это ключевой, важнейший объект. Я сегодня говорил во вступительном слове о Кунашакском районе. Там люди, когда мы открыли ФАП, они не просто аплодировали, они говорили: «Спасибо за больницу!» Вы понимаете, как люди воспринимают этот небольшой ФАП! Этого действительно не хватает. Поэтому мы построим в ближайшие годы дополнительно еще 100 ФАПов.
Алексей Текслер из первых уст знает о проблемах медицины Трехгорного
И, конечно, самое важное – люди, у нас не хватает около трех тысяч врачей в регионе. Это колоссальная цифра. Мы уже общались и с руководством нашего медуниверситета, мы завершили, по сути, дополнительную программу к мерам федеральной поддержки «Земский фельдшер», «Земский врач», мы разработали госпрограмму Челябинской области, где будут меры поддержки для врачей, в том числе предоставление сертификатов на получение жилья в любом месте области. Мы будем планировать траекторию этого врача, чтобы у него было понимание, куда он будет двигаться дальше для повышения своей квалификации.
Сделаем на постоянной основе такую ротацию: в случае, если откуда-то врач будет уходить, будет возможность туда направить нового специалиста. В тех же Каслях, мне рассказывали, когда закончились у врачей пять лет по программе «Земский доктор», то люди встали массово – массово приехали и массово уехали. Никто этот момент не отследил, и это неправильно.
Мы договорились, что сделаем такой инструмент, как «губернаторская ординатура». Сегодня не все могут поступить в ординатуру — кстати, мы обсуждали с федеральным Минздравом, чтобы квоты на ординатуру увеличились в регионе. Тех молодых специалистов, кто не сможет в ординатуру попасть, мы по специальной программе будем сопровождать, отправлять в регионы и гарантировать им бесплатные федеральные места в ординатуре.
Будем заниматься специальным набором и адресным обучением в нашем университете, для того чтобы тот, кто идет учиться, знал и понимал, где он будет в последующем проходить практику и где будет работать. Будем вести точечно, потому что сегодня нас не устраивает то количество специалистов, которые, выходя из медицинского университета, идет работать по профессии. Об этих планах можно еще говорить и говорить, поэтому сегодня мой фокус внимания – это первичное звено.
Мы занимаемся «Бережливой поликлиникой». Это тоже один из элементов работы. Сегодня медицина – это номер один. Я об этом говорил в обращении к Законодательному Собранию, и сегодня мы уже начали эту работу.
